Аварийная в поле самолета Ан-26Ш 46-го УАП Ворошиловградского ВВАУШ им.Пролетариата Донбасса
Історія 26 Вересня 2020 15:17Mikel

Аварийная в поле самолета Ан-26Ш 46-го УАП Ворошиловградского ВВАУШ им.Пролетариата Донбасса

Случилось это 5 марта 1985 года. Для курсантов 13 роты тот день был ознаменован началом полетов на самолетах Ан-26 после переучивания с Ту-134. Было построение, выступление командира 46-го УАП о полетах без летных происшествий и прочий инструктаж.

Полет выполнялся по малому маршруту, на третьем круге которого у нас остановился сначала один двигатель, а потом второй. Высота 2700 метров, день, ПМУ, снег на земле по колено (как потом и оказалось). Сначала командир экипажа приказал приготовиться к покиданию. Все надели парашюты ПН-58. Но через некоторое время командир принял решение сажать самолет, о чем нам и объявил: «Всем упереться, сажаю!»Посадка производилась на колхозное поле без шасси. Я сидел в салоне на 4 рабочем месте штурмана. При первом касании почувствовал сильнейший удар, после чего меня начало засыпать снегом (разорвалось брюхо самолета, а борт еще скользил по земле, издавая скрежет металла). После третьего удара самолет остановился. Командир закричал: «Всем от самолета!» Но мы, штурманы-курсанты, были отрезаны от выхода спереди и сзади развалившимся в салоне оборудованием. Неожиданно наступила тишина. Я огляделся, закопанный в снег по грудь. За мной кто-то зашевелился в снегу. Начав его раскапывать, я нашел Кузнецова Андрея, точнее, натолкнулся на его ногу. Выкопал Кузнецова и Калинина. После этого начал бить в блистер ногой в горизонтальном положении, так как весь салон снизу наполовину был забит плотным снегом. Потом в блистере я нашел красную ручку аварийного сброса (сказался «коэффициент обалдения», мог бы и раньше додуматься), и мы выбрались из самолета.

Командир и борттехник пошли по снегу к поселку в пяти-шести километрах от нас, видневшемуся с поля. У Кузнецова была сильно рассечена бровь. У правого пилота из головы шла кровь. Я сорвал с Абаляева нательную рубаху и перебинтовал летчику голову (в дальнейшем его списали из-за этой травмы с летной работы и перевели на должность заместителя начальника отдела кадров училища).

Через час прилетел вертолет ПСС, на борту которого находился полковник Челышев, и нас в два захода переправили на аэродром ВВВАУШ. В училище уже стоял самолет, на котором прилетела комиссия из Киева. На КДП всех развели по комнатам и приказали написать объяснительные. Через неделю мы повторно прошли ВЛК.

Причиной остановки двигателей оказалась оплошность борттехника – перекачка топлива стояла в ручном положении, а техник спал в хвосте самолета. Получилось, что мы еще могли летать, но расходный бак оказался пустым, потому что некому было включить группы для подачи топлива в двигатели. Командир по фамилии Чижов был молодой. Потом наш самолет № 29 восстановили внешне и поставили в «зверинец» вместе с образцами самолетов морской авиации. А перед входом в КДП повесили макет взлетающего Ан-26, присвоив ему номер 29. Никому такого не желаю. Мягких вам посадок.

Заслуженный военный штурман РФ Вадим Казаков, 13 рота1986 г. в.

Схожі статті
Монетизуй свій талант з OnPress.info ДІЗНАТИСЯ БІЛЬШЕ