Как «Адмирал» с Украины сбежал
Політика 1 Листопада 2018 0:24Марина Сейлор

Как «Адмирал» с Украины сбежал

О том, как уходил из Севастополя российский авианосец и рассказывает участник тех событий капитан 2 ранга Виктор Леонидович Канишевский.

1 декабря 1991 года в 9.00 этот громадный корабль тихо снялся с якоря в Севастопольской бухте и начал движение к Босфору. Отход был внезапным. На берегу остались грузы, половина экипажа и самолеты. Все, кто был на борту «Адмирала Кузнецова», поняли, что корабль тайно уводят из украинских вод. Спустя полтора года в газете «Северный рабочий» были опубликованы воспоминания капитана 2-го ранга Виктора Канишевского, который был участником похода из Севастополя в Северодвинск. Вот выдержка из этой статьи:

«… Как сейчас помню ажиотаж того осеннего дня, когда на «Кузнецове» получили телеграмму президента Украины Кравчука. В ней объявлялось, что корабль является собственностью Украины, что до принятия правительственного решения он должен оставаться на Севастопольском рейде.

Разбившись группами по каютам, офицеры, да и просто матросы, гадали, как на это отреагируют президент России Ельцин, главком ВМФ Чернавин и командующий Северным флотом Громов.

- Я никак не могу взять в толк: зачем Украине с ее закрытым Черным морем корабль, предназначенный для океанской службы? Если уж так ей хочется иметь авианосец, то пусть «Варяг» достраивает или «Ульяновск», - недоумевал командир БЧ-5 капитан 1-го ранга Андрей Утушкин. - Это чистейшей воды политиканство…

- Не без того, - соглашался с ним замполит капитан 1-го ранга Владимир Иванов. - Только Россия ни за что не отдаст «Кузнецова».

Однако принятая незадолго до злополучной телеграммы декларация о независимости Украины уже разрушила, казалось бы, несокрушимое морское братство экипажа авианосца. Часть офицеров и мичманов, семьи которых находились в Севастополе, не скрывали своего желания служить под украинским «трезубцем», а потому откровенно радовались телеграмме. Мол, зачем на Севере гробить такой прекрасный корабль. Ему надо базироваться поближе к ремонтной базе. А она для авианосца имеется только в Николаеве…

Шли дни. Киев молчал. Из Заполярья тем временем пришла радиодепеша о том, что в Крым вылетел первый заместитель командующего Северным флотом вице-адмирал Юрий Устименко. Долгожданный гость прибыл на авианосец катером. Несмотря на поздний час, был сыгран большой сбор. Поздоровавшись с экипажем, вице-адмирал с украинской фамилией распорядился распустить моряков, а командиру приказал немедленно сниматься с якоря. Ярыгин начал было объяснять, что две трети офицеров и мичманов, а также сдаточная команда остались на берегу, прибудут катерами только завтра утром.

- Ничего, и без них справимся, - решительно заявил гость. И добавил: - Они нас на поезде обгонят. Выходим немедленно...

- А как же самолеты, которые остались в Саках? - заволновался замполит Иванов.

- Сами прилетят в Сафоново, - успокоил Устименко. По решительному тону гостя можно было сделать вывод, что он получил приказ увести «собственность Украины» на Север не только от командующего Северным флотом Громова, но и Главкома ВМФ Чернавина. А может, и самого министра обороны. Значит, Москва дала «добро». Офицеры управления авианесущего крейсера почувствовали себя участниками необъявленной размолвки между двумя вчера еще дружественными столицами.

В 23.40, не подавая никаких сигналов, авианосец в кромешной темноте покинул Севастопольский рейд и взял курс на Босфор. Когда берег оказался далеко за кормой, включили ходовые огни…».

К турецкому проливу шли 30-ти узловым ходом. На рассвете показались предместья Стамбула, а затем и его знаменитый мост через Босфор, на подходе к которому к нам пристроился тихоходный буксир-спасатель с советским Военно-морским флагом. Заявки турецким властям на проход проливной зоны, которые, согласно Конвенции о режиме черноморских проливов, заключенной в швейцарском местечке Монтре в 1936 году, наше консульство в Стамбуле не подавало.

Об этом, конечно, Устименко знал, как знал, что нет в этой конвенции и статей, категорически запрещающих проход без заявок. Он приказал сбавить ход до 20 узлов и идти с такой скоростью. В это время я находился в центральном командном пункте, расположенном на десять этажей ниже ходового мостика. Но три десятка наружных телекамер давали полную картину происходящего вокруг "Кузнецова". Громада авианосца, почти впритык с берегами, как между Сциллой и Харибдой, прошла под мостом и устремилась в Мраморное море.

Маневры в Бискайском заливе

За Гибралтаром нас встретил американский авианосец "Джордж Вашингтон", экстренным порядком вышедший из Норфолка. Его, в отличие от нас, сопровождало полтора десятка кораблей охранения. Не церемонясь, они развернули масштабные учения, начали имитировать атаки. Их самолеты проносились на опасной высоте над настройками "Кузнецова", а в нескольких десятках кабельтовых по курсу и на траверзе вспучивались фонтаны от учебных бомбометаний.

Один из американских вертолетов даже предпринял попытку сфотографировать через кормовое открытие внутренности авиационного ангара "Кузнецова". В азарте он чуть было не влетел внутрь гигантского помещения. Но в это время крейсер резко увеличил ход и вертолет закачало на спутной волне воздуха за кормой авианосца. Но и после этого американцы не свернули необъявленные двусторонние маневры. На волнах закачались противолодочные буи, сбрасываемые вертолетами с "Джордж Вашингтона" по курсу "Кузнецова". Наверное, думали, что нас сопровождает атомная подводная лодка. Никакой подлодки, разумеется, не было — мы шли в гордом одиночестве.

С каким сожалением мы вспоминали в эти минуты наши "сушки" и "миги". Эх, их бы сюда! С каким бы азартом наши асы продемонстрировали янки свое мастерство — на Атлантической волне уверенно седлать стальной плавучий аэродром. Чтобы хоть как-то оградить себя от нахальных выпадов, мы подали сигнал "Провожу учения" и подняли два имевшихся на борту вертолета Ка-27пс. Тем временем встретивший нас в назначенной точке за Гибралтаром СКР "Задорный" стал азартно охотиться за американскими буями, делая порой весьма дерзкие циркуляции вокруг кораблей охранения.

Наконец, американский авианосец с эскортом ушли на запад, передав эстафету слежения английскому фрегату. Тот "вел" нас до Норвежского моря, где его сменил уже норвежский сторожевик, который и шел с нами до Нордкапа. А до Кольского залива мы постоянно наблюдали на траверзе большой разведывательный корабль норвежских ВМС "Марьятта".

...Здравствуй, Заполярье!

Весь переход от "негостеприимных украинских берегов" до Заполярья занял 27 суток. Встретили нас в поселке Видяево как героев все командование Северного флота, объединения и соединения. Среди заснеженных сопок Заполярья играл духовой оркестр. Звучали торжественные приветствия и слова благодарности за высокую профессиональную подготовку и верность воинскому долгу...

К дню прихода , оказывается, в Видяево для "Кузнецова"успели установить плавучий причал, который строили северодвинские корабелы. На целых три года он стал родным домом для авианесущего крейсера и всего экипажа. А то, что "Кузнецов" - единственный в мире авианосец, базирующийся в Заполярье, вызывал у нас чувство гордости и какой-то неопределенности. Что же будет со снабжением , ремонтом и обеспечением и... Но это уже другая тема.
Литературная запись Семена Тюкачева, "Северный рабочий", Северодвинск, специально для "ПРАВДЫ.Ру"

Джерело: https://peaceinukraine.livejournal.com/3824755.html
Схожі статті
Монетизуй свій талант з OnPress.info ДІЗНАТИСЯ БІЛЬШЕ