Как красные и белые сражались в одном ряду против мусульманских повстанцев
Політика 15 Січня 6:23Mikel

Как красные и белые сражались в одном ряду против мусульманских повстанцев

Сложно поверить, что красноармейцы и белогвардейцы после Гражданской войны могли воевать плечом к плечу, однако именно это произошло в 30-х в китайской провинции Синьцзян.

Самая западная провинция Китайской Республики стала прибежищем для тысяч русских эмигрантов, бежавших от Гражданской войны и красного террора. В их числе было множество белогвардейцев: один только атаман Дутов увел через границу 14 тысяч солдат и офицеров при 150 пулеметах и 15 орудиях. Отряды Дутова, Анненкова, Остроухова и Новикова объединились под командованием генерала Бакича и представляли собой довольно грозную силу, не считавшуюся с местными властями.

В результате губернатор Синьцзяна был вынужден обратиться к помощи Москвы, и в мае 1921 года был подписан «Договор командования Туркестанского фронта с властями Синьцзяна о вводе Красной армии на китайскую территорию для совместной ликвидации белых армий Бакича и Новикова». Красноармейцы провели две успешные операции, начисто разбив белогвардейцев. Бакич и с ним еще пять офицеров были схвачены красными войсками монголов, выданы советским властям и в июне 1922 года расстреляны в Новониколаевске.

Тем удивительнее и драматичнее выглядит объединение красных и белых во время Кумильского восстания в Синьцзяне в 1931–1934 годах. Большую часть населения провинции составляли тюркские народы мусульманского вероисповедания. Китайские власти их всячески притесняли. Недовольство росло долго, и последней каплей стала попытка китайского сборщика налогов силой овладеть уйгурской девушкой в селе Сяобао в апреле 1931 года. Несколько сотен уйгурских крестьян расправились с чиновником, затем спалили управление уездного начальника, убили его самого и приступили к резне китайцев.

Параллельно в районе Баркуля восстали казахи и захватили городской арсенал, после чего, узнав о подходе правительственных войск, ушли в горы, где объединились с ретировавшимися туда же уйгурами. Повстанческое движение набирало силу, вскоре к нему примкнул генерал Ма Чжунъин из соседней провинции Гансу. Генерал Ма принадлежал к народности дунган – китаеязычных мусульман. Вскоре на захваченных повстанцами территориях началась резня уже всех немусульманских народов, в том числе русских.

Белый отпор

Тогда в противостояние вступили отряды русских эмигрантов под командованием полковников Паппенгута и Моргунова. Оба офицера поддерживали дисциплину в рядах подчиненных еще со времен Гражданской войны в России, так что с мобилизацией проблем не возникло. К ним примкнули разрозненные силы белоэмигрантов, в том числе бывшая артиллерийская батарея под командованием полковника Кузнецова и казачьи части. Новые формирования получили китайское обмундирование со знаками различия царской армии.

Первым делом отряд белоэмигрантов отстоял Турфан, отбросив от города войска генерала Ма Чжунъина. В отличие от китайского генерала в распоряжении полковника Паппенгута были закаленные в многочисленных боях дисциплинированные профессиональные военные, а не разношерстная смесь из крестьян, религиозных фанатиков и разбойников с большой дороги. Конную атаку мусульман на Турфан отразили всего четыре пулеметчика.

Увидев успехи белогвардейцев, китайские власти под угрозой высылки в СССР поставили под ружье всех боеспособных русских мужчин. Губернатор Цзинь Чжузень не гнушался арестовывать женщин, чтобы заставить идти воевать их мужей. По свидетельству китайских и европейских источников, русские отряды были наиболее боеспособными частями китайской армии в Синьцзяне в тот период.

При активной поддержке Великобритании и Японии восстание разрасталось, и вскоре власти Синьцзяня запросили помощи у СССР, на что получили 10 тысяч китайских же военных – остатки армии генерала Ма Ду, интернированные в СССР после поражения от японцев в Манчжурии. Тем временем русские части, недовольные политикой губернатора Цзинь Чжузеня и постоянными угрозами выдачи красным, поддержали переворот генерала Шэн Шицая, который оставался верен курсу правительства Чан Кайши, но гарантировал уважительное отношение к русскому меньшинству и обещал не контактировать с СССР.

Красная подмога

Но ситуация все-таки вынудила Шэн Шицая запросить помощи у Москвы, которой было невыгодно иметь под боком враждебное марионеточное государство под руководством Лондона и Токио. Советская разведка невысоко оценивала шансы Шицая удержать провинцию, и тогда в ноябре 1933 года в предгорьях Китайского Алтая внезапно появилась неведомая Алтайская добровольческая армия в составе 7 тысяч человек. Эта армия носила отмененные Советами царские погоны, но имела на вооружении самые современные советские танки, бронеавтомобили и даже самолеты. А ее действия контролировало Главное управление погранохраны ОГПУ. В оперативное подчинение командования этой группы и были переброшены отряды бывших белогвардейцев, состоявшие на службе у китайского правительства.

Примечательно, что если красные выполняли приказ, то белые воевали добровольно. Кремль пообещал им полную амнистию по возвращении на родину, и никаких репрессий особисты в отношении вчерашних заклятых врагов не предпринимали. Более того, не зафиксировано никаких серьезных конфликтов между красными и белыми: они носили одинаковую форму и вместе успешно выполняли поставленные боевые задачи.

Но советская власть не была бы советской, если бы не дотянулась до главного для бывших белогвардейцев авторитета в Синьцзяне – полковника Паппенгута. В декабре 1933 года Павел Петрович был отстранен от командования, арестован и расстрелян китайцами. Сделано это было по согласованию (читай: по прямому указанию) с советским генконсулом в Урумчи (Восточный Туркестан) Гарегином Апресовым. Официально Паппенгута обвинили в организации заговора против правительства Шицая, чего Паппенгут не скрывал.

После расстрела Паппенгута командование русскими частями поручили его бывшему подчиненному полковнику Бектееву. Впрочем, руководство это осуществлялось под строгим присмотром товарища Фу Дзи Хуэя – будущего маршала бронетанковых войск и дважды Героя Советского Союза Павла Рыбалко. Неблагозвучный для русского уха псевдоним был составлен из трех языков – китайского, японского и монгольского: Фу – богатство (духовное и материальное), Дзи – воин (самурай), Хуэй – уважаемый человек. Вскоре, однако, все белогвардейские части переформировали и поставили под прямой контроль РККА, но ряд белых офицеров привлекли к сотрудничеству с ОГПУ-НКВД на руководящие должности.

Красно-белая победа

К весне 1934 года красно-белые части разгромили войска Ма Чжунъина, и тот бежал (sic!) в СССР, где через два года погиб при невыясненных обстоятельствах. Многие участники сражений из числа белогвардейцев вернулись на родину вместе с советскими войсками. Во многом этому поспособствовало назначение на руководящие должности в ОГПУ-НКВД белых офицеров. По факту Кремль убил двух зайцев: ликвидировал антисоветский очаг в Китае и приобрел опытных боевых офицеров для Красной армии.

Всего через три года в Синьцзяне вспыхнуло новое восстание, которое опять же было подавлено совместными силами красных и белых, поскольку китайские регулярные части в провинции оставались недееспособными. После этого советское правительство оставило для поддержания порядка в Синьцзяне внушительный контингент. Как бы то ни было, белогвардейские и белоказачьи части сыграли важнейшую роль в истории Кумульского восстания, и именно совместные слаженные действия белых и красных определили его исход.

Монетизуй свій талант з OnPress.info ДІЗНАТИСЯ БІЛЬШЕ